Информаторий

Главная » Статьи » Истории » Эон

Глава 2 | Часть 12

После этого разговора и правда стало легче. Джайна не знала, сотворил ли что Скотт или просто на нее оказали такое воздействие его слова, но страх, поселившийся было в ней, ушел. Противоречие, которое разрывало ее изнутри, перестало существовать. Скотт… Сложно это объяснить, но он стал просто Скоттом, просто дорогим человеком, который всегда будет жить в ее несуществующем сердце, но такого трепета, что и раньше, она уже не испытывала перед ним. Находиться рядом с ним стало в разы спокойней.

Скотт по-прежнему был для Джайны вне пределов досягаемости. Она и мечтать не смела о том, чтобы когда-нибудь достигнуть того же уровня, что и он.

Но самое главное, все то же несуществующее сердце перестало рваться к нему. Одна всеобъемлющая любовь рассыпалась, будто ее и не было, осталась лишь спокойная, искренняя привязанность. А любовь, которая забилась всего-то совсем нечего, вдруг разлилась и заполнила ее изнутри.

Так получилось, что все те существа, что окружали Джайну все это время, в мирное время вдруг разбрелись кто куда. Скотт с головой ушел в свои разработки, Закари, окончательно осознав, что никто не будет целиться в его задницу, расслабился и стал высказывать интерес к местному образу жизни. А местный образ жизни, вернее, некоторая часть прекрасного пола местного образа жизни проявляла к Закари ответный интерес, так как и тот, и другой никогда не видели ничего подобного. Желающих послушать о его злоключениях и приключениях нашлось много, поэтому Закари было чем заняться.

Вот так и получилось, что единственным собеседником (причем собеседником желанным) для Джайны оказался F2.

И Джайна благодарила вселенную за эти дни. Им больше никуда не нужно было бежать. Никуда не нужно было спешить. Не нужно было участвовать в этой бесконечной гонке на выживание. Весь ужас остался позади. Они остались отрезаны от всего остального мира, словно выпав из привычного хода времени. Казалось, вселенную сокрушил очередной апокалипсис, и теперь они стояли на его руинах, смотря на то, как возрождается общество, свое общество, которое не пойдет в другие миры, общество, которое останется замкнутым, встретит любого, но не пойдет поучать остальных невежд, случайно выживших.

Отшельничество, отрешение. Таковы были нравы на планете Иош – девственно-дикой планете, что даже люди и механизмы слились с ней воедино.

Джайна никогда не была в подобном месте. И никогда не видела столько природы вокруг. Что-то подобное, совсем маленький, крошечный кусочек мелькнул перед ней на «Церере». Но здесь, на Иоше, все это было в разы больше. И Джайна, получив полную свободу, рискнула выйти за пределы пирамиды и отправиться в гигантские джунгли, покрывающую все планету.

Разумеется, F2 отправился за ней.

Они наконец-то получили возможность просто поговорить – без недомолвок, без спешки, без непонимания друг друга. Джайна вела его, и F2 шел, потому что, но не из-за острой необходимости, а потому что… И сам, кажется, этого хотел. Оказавшись на перепутье, Джайна стремилась на все четыре стороны, и в каждую из них за ней шел F2. Джайна радовалась от всей души, погружаясь все глубже в джунгли.

Она впервые услышала пение настоящих птиц. Впервые смогла насладиться им по-настоящему, во всей красе. Не нужно было никуда спешить, можно было остановиться, замереть и слушать часами напролет переливчатые, незатейливые трели. Это рождало в ней странное чувство – необъяснимое, очень странное чувство. Будто тишина врезается в тебя резко, внезапно, как метеорит врезается в землю, и забирает с собой гул голубых труб, электронные голоса, шум машин, промышленные запахи.

Природа обволакивала ее и манила к себе. Джайна слушала шелест листьев и стук капель о землю, вздрагивала от резких воплей макак, ловко прыгающих по деревьям. Они находили тропы, по которым звери идут к водопою. Находили они и реки – быстрые, стремительные. Находили затопленные заводи. Находили тенистые поляны и непроходимые чащи. Гиганты-деревья, прорезавшие верхушками небо, и маленькие рощицы, которым было от силы два десятка лет.

Они видели, как передвигаются, поигрывая мускулами, черные пантеры, как замирают в прыжке. Видели трепетных травоядных с дрожащими хвостиками, что паслись стадами и вздрагивали каждый раз, заслышав шорох в кустах. Они видели происходящий перед их глазами непрерывный круговорот жизни.

Иногда Джайне казалось, что лесной массив наступал на нее, такое чувство захватывало ее в первые дни, и если бы она умела дышать, то в такие моменты ей бы точно казалось, что ей не хватает воздуха. Лес казался чем-то живым и величественным, великой стихией, с которой, пожалуй, людям тягаться сложно. Да, они победили его на Церебрилии, в других местах, но здесь казалось, что джунгли Иоша не по зубам никому. Они словно олицетворяли загубленную природу, что притаилась у самой земли и выжидала своего часа, когда человечество уничтожит само себя, чтобы вырваться наконец и поглотить эти огромные неживые небоскребы. Отвоевать свое право на этот престол.

В первые дни природа, казалась, забиралась даже в коды. Чуть ли не выворачивала наизнанку, заражая своей энергией и буйством жизни, и в поселение провидцев Джайна возвращалась невероятно возбужденная, а ее глаза разве что не блестели.

Ее просто разрывало от впечатлений и новых эмоций, и Джайне хотелось кричать об этом всему миру, рассказать, что она чувствует, поделиться этим… Но почти все были заняты своими, насущными вопросами, но Джайна не была опечалена этим. Потому что у нее был собеседник, гораздо лучший всех вместе взятых остальных.

Она смогла наконец осуществить свое обещание и дала возможность F2 подключиться к себе. И не один раз. За день это происходило раза два-три, потому что Джайна видела, чувствовала, как дроид хочет этого, и ей совсем не жалко было поделиться на время с ним своим телом. Поспать, дав ему возможность почувствовать то, что чувствует она.

А F2… Если о роботах можно сказать, что они мечтают, то вне всякого сомнения, это было именно то, о чем он мечтал. Это было необыкновенное чувство. Каждый раз, когда он погружался в Джайну, ее эмоции чуть не сбивали его с ног, присасываясь разноцветно-прозрачными щупальцами к нему, словно паразиты, прилепляясь, тихонько, почти беззвучно вибрируя, и тянули его в разные стороны, требуя, чтобы он пропустил через себя их все. И если в самый первый раз F2 испытывал дискомфорт, то теперь он терял контроль разве что в первые секунды, а затем сам словно бы склонял голову, приглашая эмоции пройти через него. И они рвались ему навстречу, узнавая его, рвались и с радостью просачивались внутрь, иногда по нескольку сразу, и тогда его чуть ли не разрывало от целого букета, но F2 выдерживал все, потому что это было удивительное ощущение – когда все чувства обострены до предела.

Когда он находился в Джайне, он мог сравнить это с тем, что его глаза широко раскрывались, а внутрь резко вписывались все новые коды, разбредающиеся в нем в хаотичной, беспорядочной структуре, каждый раз они будто грозили изничтожить его, но нет, он все выдерживал.

Это походило на море, в котором было приятно тонуть.

Раньше F2 погружался в принципе в знакомый ему мир, но теперь он, как и Джайна, столкнулся с буйствующей природой. И когда он находился в андроиде, то мог поклясться, что почти на физическом уровне чувствовал, как она ощущал, когда в нее летели брызги воды, на плечи приземлялся зеленый лист, как гул ее шагов отдавался по истоптанной копытами и лапами земле.

F2 смог узнать, как пахнет после дождя, как замирает Джайна изнутри перед сгущающимися чернильно-фиолетовыми облаками, из которых ударяли прямо в землю сверкающие золотые молнии. Смог на полную ощутить звук удара грома. Он словно получил возможность смотреть на мир с широко раскрытыми глазами. И терял ее, когда отключался от Джайны. Теперь он очень явственно чувствовал, чего лишен. Как и Джайне, F2 тоже была предоставлена альтернатива, после чего в нем забрезжили сомнения. Собственный взгляд на мир теперь казался слишком… Ограниченным. Явственно ограниченным. Словно глаза задернули мутной пленкой, которую никак нельзя было снять, и только каждое новое подключение, подобное омовению свежей водой, служило лекарством и прочищало его взор.

Ему нравилось смотреть на мир глазами Джайны и чувствовать мир, как чувствовала она. И все меньше нравилось собственное восприятие, заметно беднеющее по сравнению с ней. F2 все отчетливее понимал, чего хочет. И с каждым днем ему все сложнее было отключаться от Джайны. Самым большим его желанием было оказаться внутри нее на целый день, но он не был уверен, что она согласится. Но все время незаметно продлял время своего подключения.

Когда он отключался от нее, то в нем поселялась тревога и раздражение. Если бы можно было на постоянной основе подключиться к Джайне, при этом не замещая ее сознания… Если бы можно было все время так ясно смотреть на мир. Наверное, он бы испытал наивысшее удовлетворение.

Зато теперь он понимал ее ощущения до мельчайших оттенков. И они могли обсудить все, что окружало их, находясь на одной волне. Весь мир в такие моменты словно переставал существовать для них, и это было удивительно, какое единение они находили в своих беседах.

Между ними были не только разговоры. Было и нечто другое, чему F2 не мог дать названия. Это что-то заключалось в том, что Джайна сидела у него на руках, касаясь лицом груди и прислоняясь к его телу. Неживому, холодному, твердому, металлическому телу. Порой она сидела так совсем без одежды, обнаженная, созданная по канонам совершенным людей, и ее золотые волосы струились по ровной и гладкой спине, и, пожалуй, F2 находил это прекрасным зрелищем. Сам он не совсем понимал, что ему доставляют эти моменты, но они явно что-то (очень многое) значили для Джайны, и F2 невольно проникался ее молчанием и сидел неподвижно, прислушиваясь к ее и своему состоянию.

Иногда Джайна тянулась рукой к его лицу, выплавленному из металла, осторожно поглаживая его, а F2 почти завороженно следил за ее движениями. В этом было что-то… Проникновенное, пронизывающее, погружающее обоих в завораживающую тишину. Единение, которому F2 не мог дать названия. Тогда одной рукой он осторожно обнимал Джайну сзади, касаясь ее обнаженной спины. Иногда он мог скользнуть по ее гладким ногам или животу, действуя очень медленно и прислушиваясь к собственным ощущениям. Это напоминало медленный, завораживающий ритуал, от которого сложно было отказываться. И не хотелось.

Они часто сидели так в тишине. И не по одному часу. И в поселение возвращались так, словно их окутывала некая тайна.

F2 даже и представить себе не мог, что становился свидетелем и невольным участником того, что раньше так неистово притягивала к себе Скотта Альберта.

Иногда, стоило им остановиться у очередного водопада, F2, скрипя своим железом, присаживался на большой камень, а Джайна – обнаженная, совершенная – залезала к нему на колени, и тогда гладкая кожа, выполненная из биорганики, соприкасалась с грубым металлом. Тогда руки – фарфоровые, будто из слоновой кости, обхватывали огромное лицо и заглядывали в красные острые глазницы. Ее руки гладили его руки, большие и сильные, любовно касались каждого элемента брони. Ее пятки наступали на его массивные ступни, и она стояла так, держась за его титановый корпус. Она прикасалась к каждой детали, из которой он стоял, а F2 смотрел в это время на алое сердце, нарисованное на его руке. Или, наблюдая за действия Джайны, бережно скользил по ее телу, стараясь не причинить ей вред, гладил его, почти, может быть, поражаясь тому, как она не похожа на него. В такие моменты трудно было поверить, что в ней заключен экзоскелет и десятки проводов – настолько она была похожа на живого человека. Но радужки глаз подсказывали, кто перед ним. В ее радужки F2 тоже смотрел порой долго-долго. И они нравились ему, такие симметричные, идеальные. У Джайны не было нечеловеческих несовершенств, она была спаяна так искусно и незаметно, что казалось, ее кожа – это одна единая тонкая оболочка. У F2 не было четких представлений о красоте, но живые люди притягивали (если это можно было назвать так) его гораздо меньше, тем походящая на них, но отличающаяся Джайна.

Он мог сказать, что жил полноценно в эти дни. И совершенно не хотел думать о том, что рано или поздно они подойдут к концу. Потому что, как мог судить F2 по всеобщему настроению, Скотт Альберт и команда провидцев постепенно приближалась к завершению своих разработок. И если бы было возможно, то он, положа руку на свой металлический корпус, делал бы все возможное, лишь бы оттянуть этот финальный миг.

Категория: Эон | Добавил: Klabiama (23.10.2017) | Автор: МаККайла Лейн
Просмотров: 39 | Теги: Церебрилий, Скотт, Эон, Джайна, дроид, Клэйтон, История, Альберт, F2, андроид | Рейтинг: 5.0/1

Если вы нашли ошибку/опечатку в тексте, то можете сообщить о ней, оставив комментарий ниже.

Всего комментариев: 0

Оставьте свой комментарий

avatar

Поиск

Меню сайта

Профиль

Автостопщик



Здравствуйте, Гость. Пожалуйста зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы получить доступ к дополнительным разделам и функциям.

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Союз на